znatok_ne (znatok_ne) wrote,
znatok_ne
znatok_ne

ПРО ВРЕД "ПИЩЕВЫХ" AGE (конечные продукты гликирования)


ПЕРЕВОД и АДАПТАЦИЯ: Znatok Ne
ОРИГИНАЛ: Dietary advanced glycation end products and their relevance for human health [Nowotny К. et.al, 2018; DOI: 10.1016/j.arr.2018.06.005]

----------------================--------------
Я конечно не хочу быть категоричным и не буду утверждать, что нужно сворачивать всю деятельность по изучению потенциального риска возникновения каких-либо последствий от воздействия конечных продуктов гликирования (КПГ, AGE; как экзогенных, так и эндогенных), или что реальное значение пищевых КПГ в их влиянии на здоровье человека переоценено (хотя, пока, скорее всего именно переоценено, т.к. пока каких либо достоверных подтверждений на людях фактически нет), но прежде чем бить тревогу о нападении каких то неведомых доселе Ужастлей, необходимо получить достоверные подтверждения этим фактам, причем из контролируемых, крупномасштабных рандомизированных исследований на людях (особенно на людях, включая и здоровую популяцию, а не только хронических больных). А пока, все это больше носит некий ангажированно хайповый характер. И если все свести к обычному логическому упрощению (да, согласен, такие упрощения это не достаточно научно, и это, скорее всего просто обычное "мое мнение мозга", но я думаю, что могу себе позволить немного пофилософствовать ))) ), то почему никто не говорит о том, что человек ведь подвергает пищу термической обработке уже несколько миллионов лет (причем фактор нагрева на открытом огне, является одним из значимых факторов влияющих на рост уровней AGE в пище), т.е. пищевые AGE это не какое-то новое веяние, которое появилось буквально недавно, и коль уж AGEs появились в жизни человекообразных, то у эволюции было куча времени, чтобы или избавиться от этой напасти или выработать к ней адаптацию (и похоже, что произошло именно второе). Ну или это все очень похоже на глюкозно-углеводный заговор, когда углеводы почти 10тыс лет выжидали и не творили пакостей, а за последние полвека осознали, что накопили достаточно сил и ударили по популяции диабетом и ожирением.
----------------================--------------

Очевидно, что данная тема является непростой, и часто резонансной, и что в паре фраз этот вопрос не осветить, поэтому пока я предполагают привести некую тезисную выборку из оригинальной статьи с обзором, а чуть позднее, надеюсь удастся выложить и полный перевод обзора (но это не точно :) хотя нет ... уже точно ... ссылка на полный перевод ... большое спасибо Борису Цацулину).

Тема с гликозилированием белков (т.н. Реакция Майяра, реакция между аминокислотами и сахарами которая происходит при нагревании) и конечными продуктами гликирования (КПГ, AGE) и о вреде, который они, вероятно, наносят организму человека, сейчас очень популярна в биохакерских и жизнепродлятельских кругах. Для придания особой красочности и трагизма, порой КПГ именуют «клеточным мусором, шлаками, которые засоряют клетку и перестраивают все ее работу».

В ходе реакции Майяра, происходит образование, ряда, по всей видимости канцерогенных, акриламидных и мутагенных гетероциклических ароматических аминов. Также, реакция Майяра инициирует реакции, которые вызывают образование высокореактивных альдегидов (например, альдегидов Штрекера и дикарбонилов), которые дополнительно взаимодействуют с молекулами для образования таких продуктов, как Nε-(carboxylmethyl)-l-lysine (CML), Nε-(carboxylethyl)-l-lysine (CEL), пирролины или methylglyoxal-derived hydroimidiazolone (метилглиоксаль): Nδ-(5-hydro-5-methyl-4-imidazolon-2-yl)-l-ornithine (MG-H1). И наконец, в ходе реакции Майяра в процессе термической обработки ряда продуктов питания (результаты такой реакции мы можем наблюдать, например, во время жарки мяса или выпечке хлеба, и проявляемом в процессе типичном запахе, цвете и вкусе приготовленной пищи), а также в результате эндогенных реакций внутри организма человека, могут образовываться т.н. конечные продукты гликирования «AGE» (КПГ) (Delgado-Andrade et al., 2007).



Предполагается, что неферментативное гликозилирование белков и КПГ тесно связаны с целым рядом возраст-зависимых заболеваний, таких, как диабет, ревматоидный артрит, атеросклероз, болезнь Паркинсона и Альцгеймера, боковой амиотрофический склероз, катаракта и онкологические болезни.


При ряде возраст-зависимых заболеваний (при которых процессы неферментативного гликозилирования белков и метаболизма КПГ, протекают с существенными нарушениями), таких, как сахарный диабет, хронические почечные заболевания, ревматоидный артрит, атеросклероз, болезнь Паркинсона и Альцгеймера, боковой амиотрофический склероз, катаракта и онкологические заболевания, наблюдается повышенное содержание КПГ и активизация процессов неферментативного гликозилирования белков. Хотя, пока наукой не доказано, что неферментативное гликозилирование белков и КПГ, сами по себе являются первопричиной данных заболеваний, а не их следствием.

Также учитывая, что AGE повседневно образуются в организме любого человека (в т.ч. полностью здорового), а также, что имеется потенциальная вероятность вредного воздействия AGE на организм, то на каком то этапе научного познания у ученых возник вопрос о том, оказывают ли какое то влияние на здоровье человека AGE при потреблении пищи в которой они (AGE) были образованы (?). В целях изучения и выявления потенциальных негативных последствий от пищевых AGE, было проведено (и проводится) достаточно большое кол-во исследований. Эти исследования сосредоточены на выявлении и анализе AGE в продуктах питания, анализе рационов питания в зависимости от содержания AGE в них, анализа метаболических реакций, утилизации и накапливания AGE и, конечно же, на их влиянии на первичные (нездоровый образ жизни, низкая физическая активность, состояние окружающей среды, наследственные факторы, нерациональное питание, гипокинезия, психоэмоциональный стресс, неудовлетворительная работа служб здравоохранения и т.д.) и вторичные (следствия и проявления влияния первичных, и связанные заболевания: сахарный диабет, атеросклероз, артериальная гипертензия, холестеринемия, ревматизм, аллергия, иммунодефициты и т.д.) факторы риска для здоровья.

При этом, несмотря на потенциальный вред от таких соединений, включая КПГ, тут как всегда важен и контекст, и наличие реальных данных полученных на людях это подтверждающих, особенно на здоровых людях (т.е. не диабетиках, не страдающих хроническими почечными заболеваниями и т.п. (а подавляющее кол-во исследований по теме делается как раз на этих группах), при которых процессы неферментативного гликозилирования и метаболизма КПГ, протекают с существенными нарушениями). В целом, группа AGE очень разнородна и включает, вероятно, гораздо больше продуктов, чем идентифицировано на данный момент.

Также, следует отметить, что присоединение сахаров к другим молекулам – это далеко не всегда патология. Само гликозилирование является очень распространённым и важным физиологичным процессом в живых организмах. Так, значительная часть всех белков, синтезируемых в клетках, подвергаются ферментативному гликозилированию, что необходимо для их нормального функционирования.

В основном гликирование происходит на свободных остатках лизина или аргинина, однако цистеиновые, триптофановые и гистидиновые остатки также являются подходящей мишенью для гликирования (Münch et al., 1999).

Но реакция Майяра является лишь одним механизмом, приводящим к образованию AGE. Предшественники AGE образуются также как побочные продукты гликолиза или перекисного окисления липидов. Повышенные уровни AGE были обнаружены при старении, но преимущественно они обнаруживаются в условиях патологически высокого уровня глюкозы в крови, как это имеет место у пациентов с сахарным диабетом (Nowotny et al., 2014, Nowotny et al., 2015).

Но, что характерно, на данный момент, до сих пор слишком мало качественных данных полученных на людях (особенно на здоровых) в хорошо контролируемых условиях, которые бы подтверждали полученные эффекты в экспериментах «в пробирке» или на грызунах. И все в конечном итоге сводится, к тезису, что «мы точно не знаем реально ли AGE из пищи накапливаются в организме здорового человека, реально ли пищевые AGE влияют на повышение естественных уровней эндогенных AGE, и реально ли они вызывают весь тот шквал негативных последствий о которых (якобы) всем известно. И хотя в исследованиях на людях нам пока не удалось это подтвердить, но вроде как у мышей и в пробирке там что то происходит и маркеры воспаления растут, и потенциально там все может «сгнить» из-за этого, но нужно больше исследований, или хотя бы несколько качественных и хорошо контролируемых исследований на людях» (да да да, я конечно утрирую, но общий смысл от этого все равно не меняется).

Доказательства причинно-следственной связи пищевых AGE с точки зрения здоровья в связи с различными диетами является сложной и трудно контролируемой задачей.

Для более чем 58% исследований на людях по обсуждаемой проблематике, методологическое качество исследований является очень низким (Kellow and Savige, 2013). Большинство имеющихся исследований являются или наблюдательными исследованиями, или интервенционными исследованиями очень низкого качества (Clarke et al., 2016).

К тому же низкое качество исследований о влиянии пищевых AGE на человеческий организм, а также на различные показатели здоровья, обусловлено рядом методологических ограничений:
- небольшие размеры выборки испытуемых и в целом о расчете размера выборки, статистических методах и пр.;
- непродолжительный период вмешательства и последующего наблюдения;
- отсутствие итоговых клинических результатов;
- неадекватная рандомизация и преимущественно, искусственное нагнетание негативной обстановки при оценке получаемых результатов.

Кроме того, информация о составе диет, потребляемых продуктах и БАДах, или не собирается вовсе, или собирается «из рук вон» плохо, или на крайний случай, данные получают одним из самых недостоверных способов, просто опросным методом.

Другими ограничивающими факторами и ограничениями в исследованиях на людях, являются:
- использование сопутствующих медикаментозных препаратов, лекарств у пациентов с диабетом;
- отсутствие записей о сопутствующих заболеваниях в исследованиях с пациентами с хроническими заболеваниями;
- неоднородность внутри и между рецензируемыми исследованиями, что не только препятствует сопоставимости результатов, но также ограничивает возможность проведения мета-анализа на базе таких исследованиях с множественными пороками данных.

Большинство исследований проводится в одной и той же исследовательской группе, поэтому большинство метаанализов включают только исследования из одной группы (а это уже сложно назвать качественным метаанализом).

Интервенционные исследования, посвященные изучению влияния AGE, основаны преимущественно на диетах, в которых был изменен способ приготовления. Однако в настоящее время все еще существуют ограничения в отношении оценки содержания AGE в пище:

(I) качественных данных о содержании AGE в продуктах питания, полученных с использованием проверенных инструментальных методов, пока по прежнему, слишком мало;

(II) текущие данные о различных уровнях AGE в большом количестве пищевых продуктов ограничены;

(III) одни и те же продукты питания, часто различаются по своему питательному профилю, так что сопоставимость с существующей базой данных затруднена, и

(IV) содержание AGE в одних и тех же продуктах питания может варьироваться в зависимости от технологий их приготовления, что затрудняет обобщение измеренных уровней AGE.

Неудивительно, что значения суточного потребления AGE с пищей находятся в очень значимо широком диапазоне (т.е. не позволяют достоверно установить сколько именно было потерблено AGE с пищей), а также информация о содержании AGE в рационах, используемая в интервенционных исследованиях, также имеет очень широкую вариабельность.

По факту, на данном этапе развития науки, подтверждение и оценка реального влияния пищевых AGE на здоровье человека существенно затруднена. Существующие исследования противоречивы, неубедительны или имеют низкое качество, и пока никак достоверно не подтверждают выдвигаемую гипотезу у взаимосвязи пищевых AGE и их влиянием на здоровье человека, поэтому необходимы дальнейшие высококачественные исследования независимых исследовательских групп, чтобы прояснить роль пищевых AGE.

Но пока ученые ищут реальные подтверждения своих опасений, «продвинутые» диетологи, считающие, что там и так все понятно, чего там еще доказывать, составляют свои особые наборы рекомендаций по ограничению поступления AGE в организм с пищей (если обобщить, то там речь про демонизацию сахара и углеводов в целом, и про снижение температурной обработки пищи при ее готовке), и для снижения «синтеза» AGE на биохимическом уровне. Такие итерации, обещают всем здоровое долголетие, омоложение и оздоровление, ну или хотя бы надежду на это.

Но т.к. реальных подтверждений из контролируемых исследований на людях, мягко говоря слишком мало, и не все имеющиеся исследования показывают, что такого рода манипуляции с AGE, реально позволяют достигать локального и значимого эффекта, то до сих пор остается неясным, представляют ли AGE из продуктов питания проблему для здоровья людей, в том числе тех, кто потенциально подвержен риску кардиометаболических заболеваний (равно как и остается неясным, т.к. это не исследовалось в принципе на данный момент (ни в обсервационных, ни в экспериментальных исследованиях), сколько AGE, из того что циркулирует в организме, присутствует в связанной, а сколько в несвязанной форме). Имеющиеся данные, показывают, что AGE из пищи биодоступны, усваиваются в ЖКТ, и выводятся из организма естественным путем, а скорость их выведения зависит от того, сколько AGE было принято с пищей (больше «едим» AGE, больше выводится с мочой и калом). В целом, метаболическая судьба большинства AGE из пищи остается неизвестной (Luévano-Contreras C et al., 2013).

Более того, современная наука отмечает, что в настоящее время недостаточно данных, чтобы рекомендовать диеты с целенаправленным ограничением AGE в пище, в том числе и для улучшения противовоспалительных маркеров, как у здоровых людей, так и у пациентов с диабетом или почечной недостаточностью. А для формирования таких рекомендаций, требуются дополнительные долгосрочные высококачественные РКИ с большими размерами выборки, измеряющие важные для пациента результаты (Kellow NJ et al., 2013).

Что касается демонизации сахара и углеводов, как чуть ли не единственной напасти, виновной в росте, накоплении и биохимической агрессии AGE в наших телах, то эпидемиологические и обсервационные исследования на людях до сих пор не смогли продемонстрировать однозначной связи между высоким потреблением сахара и заболеваниями органов, такими как стеатоз печени, сердечная недостаточность или нейродегенеративные заболевания. По большому счету, на сегодняшний день невозможно различить в питании человека вклад различных моносахаридов и общего избытка калорий в гликирование белка. Эти механизмы должны быть подвергнуты углубленному изучению с помощью реальных и хорошо контролируемых высококачественных клинических испытаний на людях, для выяснения значения роли пищевых AGE и употребляемого сахара в метаболических заболеваниях (Aragno M et.al., 2017).

Tags: #brain inside, #facepalm, #news, #здоровье, #ипать ща не встану, #наука, #наукохрень, #не худеем мозгом, #основаоснов, #подумать_поржать_подумать, #серпом по яйцам, #сравнение диет, #статистика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments